– Я более склонен полагаться на чутье Ахмеса,– Эрд кивнул на свернувшегося клубком песика-следопыта.

Тут светлорожденный покривил душой: врожденным чутьем вагара мог пренебречь только глупец.

– Сегодня мне представится возможность узнать побольше,– сказал Эрд.– У Наместника этого города.

– Я пойду с тобой,– заявил Нил.

– Нет,– возразил светлорожденный.– Ты не аристократ, а я не хочу, чтобы этот конгай подумал: я боюсь.

– Это чужая земля,– напомнил великан.– А я отвечаю за твою жизнь. Ты не должен идти один!

– А не будешь ли ты возражать, светлорожденный Эрд, если с тобой пойду я? – неожиданно предложила женщина.

– Почту за честь, светлорожденная Этайа,– не задумываясь, ответил Эрд.

– Ты удовлетворен, Нил Биоркит? – спросила женщина.

– Да.

Теплый воздух, густой, сладкий, обволакивал, как вода. Кроны горшечных деревьев смыкались над головами, укрывая людей от палящих лучей солнца. Иногда порыв ветра приносил дыхание реки, и тогда запах тины примешивался к приторному аромату цветов. Летающие ящерки металлическими стрелками мелькали в листве. В белесом от зноя небе плыл, держа курс на запад, бронзовый дракон.

«Откуда здесь, на севере Конга, дракон с восточных гор?» – подумал Нил.

Рычание, донесшееся снизу, отвлекло его от этой мысли. Гостиница «Добрый приют» знавала лучшие времена, но до сих пор держала верховых пардов

Рычание разодравшихся пардов не ускользнуло от слуха Эрда.

– Нил,– заявил он,– я желаю совершить верховую прогулку!

– Слишком жарко,– лениво отозвался великан.

– Вздор! Я три недели не был в седле!

– Хорошо,– согласился белокожий гигант.

– Биорк?

– Нет. Я не любитель верховых прогулок.

– Ты, светлорожденная?

– Пожалуй, да.

– Этайа! – произнес укоризненно маленький бородач.